Волшебная страна сказок  
     
     
АВТОРСКИЕ СКАЗКИ
 
Аксаков С. Т.

Андерсен Г. Х.

Волков А. М.

Гаршин В. М.

Гауф Вильгельм

Гофман Эрнст

Гримм братья

Кэролл Льюис

Лагерлеф Сельма

Лепренс де Бомонд Ж.М.

Линдгрен Астрид

Мамин-Сибиряк Д. Н.

Перро Шарль

Пушкин А. С.

 

  Перевод: Борис Заходер 
Глава одиннадцатая

В которой выясняется, кто стащил пирожки.

Когда Алиса с Грифоном прибежали. Король и Королева уже сидели на троне, а кругом собралась огромная толпа: пичужки, зверюшки всех пород, не говоря уже о картах всех мастей. Перед судейским троном стоял в цепях под охраной двух солдат – один справа, другой – слева – Червонный Валет.
По правую руку от Короля находился Белый Кролик, с трубой в одной лапке и пергаментным свитком в другой.
А в самом центре судебного зала стоял стол, а на нем красовалось большое блюдо с пирожками, н вид у них был такой аппетитный, что у Алисы прямо слюнки потекли. «Хорошо бы, суд уже кончился и позвали к столу!» – подумала она.
Но так как, судя по всему, до этого было еще далеко, она, чтобы скоротать время, стала рассматривать все окружающее. Хотя Алиса раньше никогда не бывала в суде, она устала про суд в книжках, и ей было очень приятно отметить, что она знает, как тут все – или почти все – называется.
«Вот это судья, – сказала она про себя. – Кто в большом парике, тот и судья».
Судьей, кстати, был сам Король, и так как на парик ему пришлось надеть корону, он очень стеснялся – такой наряд был ему явно не к лицу.
«А вот эти двенадцать тварюшек (она не могла найти другого слова – ведь там были и птички и зверьки) – это, наверное, пристяжные… нет, присяжные!»
Алиса не без гордости раза два-три повторила это слово. «Вряд ли много найдется девочек в моем возрасте, а то и старше, – подумала она, – которые слыхали такое слово и знают, что оно значит».
Пожалуй, она была права, хотя слово «заседатели» было бы ничуть не хуже. Присяжные сидели на большой скамье, стоявшей на возвышении («Это скамья присяжных. В скамейке то все и дело, кто на нее присел, тот и присяжный», – подумала Алиса). У всех у них были грифельные доски, и все они что-то деловито записывали.
– Что это они? – шепнула Алиса Грифону. – Записывать-то нечего, суд еще не начался!
– Они записывают свои имена, – тоже шепотом ответил Грифон, – боятся забыть, как их зовут, пока процесс кончится.
– Вот дураки-то! – начала было Алиса громко выражать свое возмущение, но тут же осеклась – Белый Кролик закричал:
– Соблюдать тишину в зале заседания!
А Король надел очки и обвел зал настороженным взглядом, разыскивая нарушителя тишины.
Присяжные (Алиса прекрасно это видела) принялись записывать на своих досках: «Вот дураки-то»; она даже заметила, что один из них не знал, как пишется слово «дураки», и попросил соседа подсказать.
«Да уж, они там напишут, – подумала Алиса, – могу себе представить!»
На беду, у кого-то из присяжных грифель все время отчаянно скрипел. Алиса, понятно, не могла этого вынести; она вскочила, незаметно подобралась к присяжному сзади и, улучив момент, выхватила у него грифель. Проделала она это так ловко и быстро, что бедняга присяжный (это был как раз Тритон Билль) даже не понял, что произошло. Он долго искал свой грифель, но так и не нашел и в конце концов решил писать просто пальцем.
Правда, пользы от этого было не особенно много, так как палец не оставлял на доске никаких следов.
– Глашатай! Огласи обвинительное заключение! – произнес Король.
Белый Кролик выступил вперед, трижды протрубил в свою трубу, развернул пергаментный свиток и торжественно начал читать:

Эне, йене, рес –
Квинтер, финтер, жес!
Эне, йене, раба –
Квинтер, финтер, жаба!
Все пришли к Червонной Даме
Выпить чаю с пирожками.
Пирожков у Дамы нет:
Пирожки стащил Валет!


– Удаляйтесь на совещание! – приказал Король присяжным.
– Что вы, рано, рано! – поспешно вмешался Кролик. – У нас еще целая куча работы!
– Ну что ж, куча так куча, – уныло сказал Король. – Вызвать первого свидетеля!
Белый Кролик вновь трижды протрубил в трубу и провозгласил:
– Вызывается первый свидетель!
Первый свидетель оказался Шляпой. Он явился с чашкой чаю в одной руке и бутербродом в другой.
– Прошу прощения, ваше величество, что я все это прихватил с собой, – сказал он, – но, когда за мной пришли, я еще не кончил пить чай-с.
– Надо было кончить! – сказал Король. – Ты когда начал?
Шляпа оглянулся на Очумелого Зайца (тот, под руку с Соней, тоже притащился за ним в суд).
– Кажется, четырнадцатого марта-с. Вроде так-с – сказал он.
– Пятнадцатого, – сказал Заяц.
– Шешнадцатого, – сказала Соня.
– Запишите это, – повелел Король присяжным, и они старательно записали все три даты на своих досках, потом сложили все числа, а сумму разделили между собой.
Тут Король спохватился.
– Сними свою шляпу, – приказал он Шляпе.
– Она не моя-с! – ответил Шляпа.
– Краденая! – закричал Король, повернувшись к присяжным, которые немедленно принялись записывать и это.
– Я их ношу на продажу-с, – объяснил Шляпа. – А сам я их не ношу-с! Я шляпный мастер!
Тут Королева надела очки и пристально посмотрела на Шляпу, который под ее взглядом побледнел и стал корчиться, как жук на булавке.
– Свидетель, давайте показания, – сказал Король, – и не волнуйтесь, не то я велю казнить вас на месте.
Но, кажется, слова Короля не очень помогли бедному Шляпе справиться с волнением: он продолжал переминаться с ноги на ногу); опасливо поглядывая на Королеву, и с перепугу откусил даже порядочный кусок чашки вместо бутерброда.
Как раз в эту минуту Алиса почувствовала, что в ней происходит что-то странное. Сперва она никак не могла понять, в чем дело, но в конце концов догадалась: она опять начала расти! Она было хотела встать и уйти из зала, но потом передумала и решила остаться, пока сможет тут помещаться.
– Перестань меня давить! – сказала ей Соня (они сидели рядом). – Мне дышать нечем.
– Не могу перестать! – виновато сказала Алиса. – Я расту!
– Не имеешь права тут расти! – сказала Соня.
– Что за глупости, – сказала Алиса уже не так виновато. – Ты ведь тоже растешь!
– Мало ли что! Я расту как все, прилично, – сказала Соня. – А ты безобразничаешь!
Она встала с очень обиженным видом и ушла в самый дальний конец зала. Королева все это время не сводила сурового взгляда со Шляпы, и как раз, когда Соня пересаживалась, она сказала кому-то из судейских чинов:
– Принесите-ка мне программу последнего концерта!
При этих словах злосчастный Шляпа так затрясся, что ботинки сами собой слетели у него с ног.
– Свидетель, давайте показания! – повторил Король гневно. – Иначе я велю вас казнить, можете не волноваться!
– Я человек маленький, ваше величество, – начал Шляпа. Голос его дрожал и прерывался. – И не успел я сесть попить чайку, а масло – оно кусается, да и хлеб тоже, опять же крокодильчики, качая…
– Что качая? – с изумлением спросил Король.
– Начинается с чая, – сказал Шляпа. – Опять же…
– «Качая» кончается с «чая», а не начинается! – возмутился Король. – Вы меня за дурака принимаете?! Продолжайте!
– Я человек маленький, – продолжал Шляпа, – и потом все стало качаться, а Очумелый Заяц и говорит-с…
– Не было этого! – немедленно перебил Заяц.
– Было-с, – сказал Шляпа.
– Отказываюсь! – сказал Заяц.
– Он отказывается от своих слов, – сказал Король. – Оставь его в покое и иди дальше.
– Ну, во всяком случае. Соня и говорит-с… – Тут Шляпа тревожно оглянулся на Соню: не будет ли она отказываться от своих слов, но Соня ни от чего не отказывалась – она спала как убитая.
– Дальше? Дальше, – продолжал Шляпа, – намазал я себе бутерброд-с…
– А что же Соня сказала? – спросил кто-то из присяжных.
– Того не упомню-с! – сказал Шляпа.
– Обязаны упоминать, – заметил Король, – иначе будете казнены!
Бедняга свидетель выронил чашку, бутерброд и сам упал – упал на колени.
– Я человек маленький, ваше величество-с, – опять начал он.
– Сам вижу, что не великий… не великий мастер говорить! – сказал Король.
Тут какая-то Морская Свинка зааплодировала и была немедленно выдворена судейскими чинами.
(Так как не все знают это слово, я вам расскажу, что оно значит. У них был большой брезентовый мешок. Они сунули туда Свинку вниз головой, на веревке опустили мешок за окно, немного подергали веревку, и Морская Свинка весело выскочила во двор.) «Очень хорошо, что я увидела, как это делается, – подумала Алиса, – а то в газетах часто пишут: „выдворили из пределов", а я до сих пор не понимала, что это значит!»
– Свидетель, – строго сказал Король, – если вы на этом закончили показания, можете сесть!
– Спасибо, мы постоим, – сказал Шляпа. – За что же это меня сажать? Я не виноват-с.
– Не хотите сидеть, можете прилечь! – сказал Король.
Тут вторая Морская Свинка зааплодировала и тоже была выдворена. «Ура, больше ни одной не осталось! Без морских свинок дело пойдет веселей!» – подумала Алиса.
– Я бы лучше пошел попил чайку-с, – сказал Шляпа, с опаской глядя на Королеву, все еще читавшую программу концерта.
– Можете идти! – сказал Король, и Шляпа кинулся прочь со всех ног, забыв даже надеть свои ботинки.
– А попутно отрубить ему голову! – распорядилась Королева, но Шляпы уже и след простыл, так что выполнить ее приказание было затруднительно.
– Вызвать следующего свидетеля! – сказал Король. Следующий свидетель оказался свидетельницей – это была Повариха Герцогини. Она не выпускала из рук огромной перечницы, и об ее приближении Алиса догадалась задолго до того, как Повариха вошла в зал, – так дружно принялись чихать все, кто сидел у входа.
– Давайте показания, – сказал Король.
– Не-а! – сказала Повариха.
Король растерянно поглядел на Белого Кролика, и тот, понизив голос, сказал:
– Надо подвергнуть ее допросу с пристрастием, ваше величество.
– Ну что ж, надо так надо, – сказал Король без особого энтузиазма. Он скрестил руки на груди, так страшно нахмурился, что глаза его превратились в черточки, и сказал СТРАШНЫМ ЗАГРОБНЫМ ГОЛОСОМ:
– Из чего делают пирожки?
– Все больше из перца, – сказала Повариха.
– Из мар-ма-ла-да, – произнес чей-то сонный голос.
– На цепь эту Соню! Придушить эту Соню! Отрубить Соне голову! Выдворить Соню! Ущипнуть ее! Оторвать ей хвост! – заверещала Королева.
Несколько минут в судебном зале царила ужасная суматоха – все пытались поймать и выдворить Соню. А когда кутерьма кончилась, Повариха уже исчезла.
– И слава богу, – сказал Король, вздохнув с большим облегчением. Он вполголоса добавил, обернувшись к Королеве: – Я тебя очень прошу, дорогая, следующего свидетеля допрашивай с пристрастием ты! У меня вся кожа на лице заболела!
Алиса с любопытством следила, как Белый Кролик копается в своих бумажках, – ей было очень интересно, кого же еще могут вызвать свидетелем. «Пока что у них никаких улик нет», – думала она.
Представьте же себе, как она удивилась, когда Белый Кролик во весь свой пискливый голосишко возгласил:
– Алиса!

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13  


 
НАРОДНЫЕ СКАЗКИ
 
Адыгские сказки

Арабские сказки

Английские сказки

Индийские сказки

Русские сказки
 

Статистика
 

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
 

Copyright MyCorp © 2018
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz *
   Дизайн сделан студией ZeroParking